Ключи к реальности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



О... Боги!

Сообщений 111 страница 120 из 120

111

Кадм и Гармония.

О... Боги!

Борьба Кадма со змеем. На рисунке слева направо: бог Посейдон с трезубцем, Гармония, жена Кадма, далее Кадм с мечом, над ним богиня Победа, перед Кадмом богиня Афина, за ней богиня Деметра и ее дочь Кора (Персефона), под Деметрой нимфа Фив, у ног нимфы бог Эрот с венком. (Рисунок на вазе.)

Из книги Николая Альбертовича Куна Легенды и мифы древней Греции

Глава о Кадме в его книге изложена по поэме Овидия «Метаморфозы»...

Когда Зевс под видом быка похитил Европу, опечалился ее отец, царь Сидона, Агенор. Ничто не могло его утешить. Он призвал трех сыновей своих — Феникса Фойникса, Киликса и Кадма — и послал их отыскивать Европу. Он запретил своим сыновьям под страхом смерти возвращаться домой без сестры. Отправились сыновья Агенора на поиски. Фойникс и Киликс скоро покинули Кадма. Они основали два царства: Фойникс — Финикию, а Киликс — Киликию, и остались в них.
Кадм один отправился дальше искать сестру. Долго странствовал он по свету, всюду расспрашивая о Европе. Разве мог он найти сестру, раз сам Зевс скрыл ее от всех! Наконец, потеряв надежду найти сестру и опасаясь вернуться домой, решил Кадм навсегда остаться на чужбине. Он пошел в священные Дельфы и вопросил там оракула стреловержца Аполлона, в какой стране поселиться ему и основать город. Так ответил Кадму оракул Аполлона:
— На уединенной поляне увидишь ты корову, которая никогда не знала ярма. Следуй за ней, и там, где ляжет она на траву, воздвигни стены города, а страну назови Беотия.
Получив такой ответ, покинул Кадм священные Дельфы. Лишь только вышел он за ворота, как увидел белоснежную корову, которая паслась, никем не охраняемая, на поляне. Кадм пошел за ней со своими верными сидонскими слугами, славя великого Аполлона. Уже миновал он долину Кефиса, как вдруг остановилась корова, подняла голову к небу, громко замычала, посмотрела на следовавших за ней воинов и спокойно легла на зеленую траву. Полный благодарности Аполлону, опустился Кадм на колени, поцеловал землю своей новой родины и призывал благословение богов на незнакомые горы и долины. Кадм тотчас сложил из камней жертвенник, чтобы принести жертву эгидодержавному Зевсу, но так как не было у него воды для жертвоприношения, то послал он своих верных сидонцев за водой.

Невдалеке была вековая роща, которой еще никогда не касался топор дровосека. Среди этой рощи находился глубокий грот, весь заросший кустарником, кругом него лежали нагроможденные в беспорядке громадные камни. Из этого грота вытекал, журча меж камнями, источник с хрустально-прозрачной водой. В гроте же жил громадный змей, посвященный богу войны Аресу. Его глаза сверкали огнем, из пасти, усаженной тройным рядом ядовитых зубов, высовывалось тройное жало, золотой гребень грозно колыхался на голове змея. Когда слуги Кадма подошли к источнику и погрузили уже сосуды в его студеную воду, выполз из грота с грозным шипением змей, извиваясь между камнями своим громадным телом. Побледнели от страха слуги Кадма, выпали у них из рук сосуды, леденящий ужас сковал их члены. Поднялся на хвосте змей — выше вековых деревьев леса его голова с разинутой пастью. Прежде чем кто-нибудь из сидонян мог подумать о бегстве или защите, бросился на них ужасный змей. Погибли слуги Кадма.

О... Боги!
Дракон пожирает спутников Кадма. Хенрик Гольциус

Кадм долго ждал возвращения слуг. Уже солнце стало склоняться к западу, длиннее стали тени на земле, а слуг все нет. Дивится сын Агенора, куда же пропали сидоняне, чего они медлят. Наконец, пошел он по их следам в рощу, прикрывшись, как панцырем, львиной шкурой, опоясанный острым мечом и с копьем в руках. Еще более надежной защитой служило герою его мужество. Кадм вошел в рощу и увидел там растерзанные тела своих верных слуг, на телах их лежал громадный змей. В горе и гневе воскликнул Кадм:
— О, верные слуги, я буду вашим мстителем! Или я отомщу за вас, или сойду вместе с вами в мрачное царство теней!
Схватил Кадм камень величиной со скалу и, размахнувшись, бросил его в змея. От удара этого камня опрокинулась бы крепостная башня, но невредимым остался змей — защитила его твердая, как сталь, чешуя, покрывавшая все его тело. Потряс тогда своим копьем сын Агенора и, собрав всю свою силу, вонзил его в спину чудовища. От копья Кадма не защитила змея его стальная чешуя. По самое древко вонзилось копье в тело змея. Извиваясь, схватил змей зубами копье и хотел его вырвать из раны. Напрасны были его усилия; острие копья осталось глубоко в ране, лишь древко обломил змей Ареса. От черного яда и ярости вздулась шея змея, пена хлынула у него из пасти, свирепое шипение разнеслось далеко по всей стране, весь воздух наполнился смрадом его дыхания. То извивается змей громадными кольцами по земле, то, бешено крутясь, высоко вздымается вверх. Он валит деревья, вырывая их с корнем, и во все стороны разбрасывает хвостом своим громадные камни. Он хочет схватить своей ядовитой пастью Кадма, но, прикрывшись, как щитом, львиной шкурой, герой отражает змея своим мечом. Грызет змей зубами острый меч, но только тупит зубы о его сталь.
Наконец могучим ударом пронзил сын Агенора шею змея и пригвоздил его к дубу, так силен был удар могучего героя.
Согнулся столетний дуб под тяжестью тела чудовища. С изумлением глядит Кадм на сраженного им змея, дивясь его величине. Вдруг раздался неведомый голос:
— Что стоишь ты, сын Агенора, и дивишься на убитого тобой змея? Скоро и на тебя, обращенного в змея, будут дивиться люди.

О... Боги!

О... Боги!

1. Рельеф фронтальной стенки этрусской погребальной урны для пепла. II в. до н. э.
Вена, Музей истории искусств. 2. Чернофигурная керамика, 560 - 550 гг. до н.э., Лувр 3. Кадм, убивающий дракона. Фрагмент росписи килика. Ок. 350–340 гг. до н.э.
Ки́лик (др.-греч. κύλιξ, лат. calix) — древнегреческий сосуд-чаша, плоской формы на короткой ножке.

Смотрит по сторонам Кадм, не знает он, откуда раздался таинственный голос. Содрогнулся герой от ужаса, услыхав такое предсказание; волосы поднялись дыбом на его голове. Чуть не лишившись сознания, стоит он перед убитым змеем. Тогда явилась Кадму любимая дочь Зевса Афина-Паллада. Она велела ему вырвать зубы змея и посеять их, как семена, на вспаханном поле.
Кадм сделал, что повелела ему совоокая богиня-воительница. Едва посеял он зубы змея, как — о чудо! — из земли показались сначала острия копий; вот поднялись над пашней гребни шлемов, затем головы воинов, их плечи, закованные в панцыри груди, руки со щитами, наконец вырос из зубов дракона целый отряд вооруженных воинов. Увидев нового неведомого врага, схватился за меч Кадм, но один из воинов, рожденных землей, воскликнул:
— Не хватайся за меч! Берегись вмешиваться в междоусобный бой!
Страшная, кровавая битва началась между воинами. Они разили друг друга мечами и копьями и падали один за другим на только что породившую их землю. Их оставалось уже только пятеро. Тогда один из них по повелению Афины-Паллады бросил на землю свое оружие в знак мира. Заключили воины тесную братскую дружбу. Эти воины, рожденные землей из зубов дракона, и были помощниками Кадма, когда он строил Кадмею — крепость семивратных Фив.
Кадм основал великий город Фивы, дал гражданам законы и устроил все государство. Боги Олимпа дали в жены Кадму прекрасную дочь Ареса и Афродиты, Гармонию. Великолепен был свадебный пир великого основателя Фив. Все олимпийцы собрались на эту свадьбу и богато одарили новобрачных.

О... Боги!
Иллюстрация Гольциуса к "Метаморфозам".

О... Боги!
Рубенс, Cadmus and Minerva.

С тех пор Кадм стал одним из могущественнейших царей Греции. Неисчислимы были его богатства. Многочисленно и непобедимо было его войско, во главе которого стояли воины, рожденные землей из зубов змея. Казалось бы, вечная радость и счастье должны были царить в доме сына Агенора, но не одно счастье послали ему олимпийцы. Много горя пришлось испытать ему. Его дочери, Семела и Ино, погибли на глазах у отца. Правда, после смерти они были приняты в сонм олимпийских богов, но все же потерял Кадм своих нежно любимых дочерей. Актеон, внук Кадма, сын его дочери Автонои, пал жертвой гнева Артемиды. Пришлось Кадму оплакивать и внуков своих.
На старости лет, удрученный тяжким горем, Кадм покинул семивратные Фивы. Со своей женой Гармонией долго скитался он на чужбине и пришел, наконец, в далекую Иллирию.[112] С болью в сердце Кадм вспоминал все несчастья, постигшие его дом, вспомнил он свою борьбу со змеем и те слова, которые произнес неведомый голос.
— Не был ли тот змей, — сказал Кадм, — которого поразил я своим мечом, посвящен богам? Если за его гибель карают меня так тяжко боги, лучше бы мне самому обратиться в змея.
Только промолвил это Кадм, как тело его вытянулось и покрылось чешуей, ноги его срослись и стали длинным извивающимся змеиным хвостом. В ужасе он простирает со слезами на глазах к Гармонии еще сохранившиеся руки и зовет ее:
— О, приди ко мне, Гармония! Коснись меня, коснись моей руки, пока не обратился я весь в змея!
Он зовет Гармонию, много еще хочет сказать ей, но язык его раздваивается, и уже колеблется у него во рту змеиное жало, и из уст его вылетает только шипение. Бежит к нему Гармония:
— О, Кадм! — восклицает она. — Освободись же скорее от этого образа! О, боги, зачем не обратили вы и меня в змею!
Обвился вокруг своей верной жены обращенный в громадного змея Кадм, он лижет ей лицо своим раздвоенным жалом. С печалью гладит Гармония покрытую чешуей спину змея. И Гармонию боги обратили в змею, и вот уже две змеи — Гармония и Кадм.
Под видом змей кончили жизнь свою Адам и жена его Ева Кадм и жена его Гермиона Гармония.

О... Боги!
Кадм и Гармония превращаются в змеев. Иллюстрация к "Метаморфозам" Овидия (George Sandy (1632)

О... Боги!
Рисунок 17 века

Холм Голгофа с черепом Адама в основании креста оттуда растут ветви-корни у змеевиков - это тела Кадма и Гермионы

О... Боги!

О... Боги!

О... Боги!

О... Боги!

О... Боги!

О... Боги!

О... Боги!

О... Боги!

Посох Арона и Патриарший жезл. Cколько голов у змея 2-4-7?

В индуизме семь звезд Большого Ковша ассоциировались с Саптариши - семью риши, мудрецами, творцами вселенной, рожденными Брахмой из своего ума. Звезды Ковша и риши в индуизме - тёзки:

α (Дубхе) - Крату
β (Мерак) - Пулаха,
γ (Фегда) - Пуластья,
δ (Мегрец) - Атри (иногда Агастья),
ε (Алиот) - Ангирас,
ζ (Мицар) - Васиштха,
η (Бенетнаш, Алкаид) - Бхригу.

Эта нестандартная Менора из Елизаветинской Библии

О... Боги!
источник

0

112

ЗОЛОТЫЕ ВОЛОСЫ СИВ

О... Боги!

Прекрасна Тора, Сив — жена,
И золотых волос волна,
Спускается до самых пят:
Слепящий солнечный наряд.

У Локи завидущий глаз.
Стерпеть не может тех прикрас.
И, чтобы брату досадить,
Решил он Сив волос лишить.

Сив улеглась в саду поспать.
Подкрался Локи словно тать,
И срезал золото волос,
Как колос режут в сенокос.

Приехал Тор домой — жена
Не вышла, радости полна.
Стыдясь, чтоб не узнали,
Укрылась в покрывале.

Спуститься поклялась в Свартхейм,
К искусным гномам-цвергам.
Позор скрыть не по силам ей,
Уж лучше жить среди теней.

Гнев Тора не заставил ждать.
Пришёл Совет Богов призвать.
Виновный пусть ответ несёт.
Все знают, кто тот сумасброд.

Явиться вынужден был вор
Пред очи гневные Богов,
И обещать, до ранних рос
Вернуть Сив золото волос.

Спустился Локи в глубь Свартхейм.
Искусны цверги тех земель.
Ковали золото волос,
Работы тоньше не нашлось.

А Локи, так их уболтал,
Что промах прежний наверстал.
Помимо золотых волос,
Гунгнир и Скидбладнир унёс.

Копье, что попадает в цель,
Корабль, что не найдёт на мель,
И волосы, что ярче звёзд —
Всё это он в Асгард привёз.

И на глазах у всех Богов,
Сив скинула с главы покров,
И нити золотых волос,
Сплелись в узор из дивных кос.

И глядя, как сияет Сив,
Как статный облик горделив,
Возрадовались все беспечно.
Сив златовласая навечно.

Римарева Ирина


Enya - The Celts (video)

0

113

КОГДА КРУГОМ БЫЛА ВОДА

О... Боги!

Когда наверху, была гладь без небес,
Без суши чертог под ногами,
И Бога-Творца - водяной только Бес,
С главою, хвостом и крылами.

Стихия, чье имя звучит - Тиамат -
Бурлящая влага раздора,
Тех темных глубин просоленных вод,
О предвечной красе ностальгия.

Богам негде жить - "Энума элиш",
Нет небес, нет для избранных дома,
Соленые воды смешались с Апсу:
Вода - мать божеств первых сонма.

А Боги, рожденные из темных вод,
Вступили в борьбу за просторы,
Убил Тиамат самый младший - Мардук,
И тело пустил на покровы.

Взамен пустоты "Энума элиш" -
Застыло бескрайнее небо.
И вниз с облаков Боги ринулись вниз
В земли плодородное нёбо.

Так жизни лишилась праматерь Земли,
А воды живительной плоти,
Омылась планета в соленой крови,
Творцы же по сей на работе.

"Энума элиш" - лишь чертоги Богов,
Земля - дом людей обетованный,
Воды утекло с тех далеких времён,
А мы помним миф этот странный.

***************************
"Энума элиш" - в переводе с аккадского "когда наверху", первые слова из одноименного вавилоно-аккадского космогонического эпоса.

Римарева Ирина


Ronan Hardiman - Warriors

0

114

Солнечная система Томаса Вудраффа

Томас Вудрафф (Thomas Woodruff) – автор многих проектов, но его "Solar System (The Turning Heads)", пожалуй, одна из самых удивительных и запоминающихся работ мастера. Эти изображения, иллюстрирующие планеты Солнечной системы, можно рассматривать не только обычным способом, но и перевернув вверх ногами! Недаром второе название проекта – «Поворачивающиеся головы».

О... Боги!
О... Боги!
О... Боги!
О... Боги!
О... Боги!
О... Боги!
О... Боги!
О... Боги!
О... Боги!

0

115

Птерозавр Кетцалькоатль. Название дано в честь ацтекского бога Пернатого Змея.

О... Боги!

Выше жирафа. Одно из самых крупных известных летающих существ за всю историю жизни на планете. Летал над сушей и питался падалью и мелкими позвоночными. Возможно, он был способен поймать и 30-килограммового динозавра

0

116

ГЕРАКЛ ПОБЕЖДАЕТ СМЕРТЬ

О... Боги!

Сын Зевса, златокудрый Аполлон,
Являвшийся, к тому же, Богом Света,
Свершил убийство в гневе. Ясно, он
Наказан Зевсом был за всё за это.
В чём наказанье? Он с Олимпа изгнан был
И человеку целый год служил.

Был город Феры в Греции тогда.
А в нём - царём — Адмет. Его стада
Пас Аполлон. Безропотно. Смиренно.
Жизнь Фев преобразилась совершенно:
Давала щедрый урожай земля
И радовали взор леса, поля,
Стада приумножались без числа,
Судьба людей счастливою была,
Был счастлив царь, но основное место
Отведено жене, по имени Алкеста.
Так вот, её сумел добыть Бог Света
И в Феры привезти к царю Адмету.

А было так: отец Алкесты, Пелий,
Был сумасбродом редким, в самом деле!
Тиран и деспот. Все враги — соседи.
А дочь — на выданье. Царь объявил: медведя
И льва кто впрячь сумеет в колесницу,
Тому позволит он на дочери жениться.
Ну, ясно, что никто не смог иль не сумел...
Бог Аполлон отчаян был и смел.
Зверей он диких мигом укротил,
Впряг в колесницу, и с Алкестой укатил.
Адмет с Алкестою друг друга полюбили,
Детей родили и в довольстве жили...

Когда срок службы у царя был завершён,
Ему решил подарок сделать Аполлон
За доброе к нему-де отношение.
И принял он такое вот решение:
Отважился он Мойр, богинь Судьбы, просить
Продлить подольше для Адмета жизни нить.
Те — согласились, коль найдётся человек,
Кто, любящий царя, укоротит свой век,
Даруя жизнь Адмету. День настал,
Аид * из царства мёртвых Смерть послал,
Чтобы доставила она к нему Адмета.
Когда узнали близкие об этом,
Ни слуги, ни друзья и ни родня
Пожертвовать не захотели даже дня
Царю любимому... И вот тогда Алкеста
Своё покинула на царском троне место
И так сказала: в счастье иль в беду
Я, милый, за тобой всегда пойду.
И если ты умрёшь — и мне не жить.
Позволь теперь мне службу сослужить:
Ведь с радостью умру я ЗА тебя,
Уйду, счастливая, Адмет, тебя любя!
Прошу тебя я только об одном:
Чтобы чужая женщина в наш дом
Порог не преступила никогда.
Умру спокойно, если скажешь: «Да!»
Адмет в ответ на просьбу дал согласие,
Мол, никогда другой не будет «пассии»,
После чего прекрасная царица
Изволила уйти, уединиться.
В нарядные одежды облачилась
И на постель тихонько опустилась,
Глаза прикрыла, стала Смерти ждать,
Чтоб та пришла скорей её забрать...
Тень чёрная упала на лицо...
Дыханье замерло её в конце концов...

Наполнили дворец и город плач и стоны...
И горе жителей казалось всем бездонным...
Остригли волосы и гривы лошадей
В знак скорби — ясно, горе у людей...
За городом построили гробницу,
День похорон назначили в столице...

А тут Геракл, придя «из неоткуда»,
Как странник, стал просить себе приюта,
Не ведая о горе в славных Ферах...
И царьАдмет, гостеприимству верен,
Велел принять его и угостить отменно,
И, предложив ночлег в дворцовых стенах,
Отправился на похороны вскоре...

Геракл подвыпил - «по колено море»,
И стало скучно вдруг в уединеньи...
В весёлом, шумном был он настроеньи,
Пристал к слуге: «Сядь, выпей ты со мною!
Зазорным не считаю со слугою
Делить досуг свой! Отчего ж ты хмурый?»
Но опустил тот голову понуро
И рассказал, у них-де горе в доме...
Герой , ну, мог ли сделать по-другому?
Ведь разгорелось сердце — не унять!
Схватил свой плащ и бросился бежать
Туда, где предстоит захороненье
И, спрятавшись, он замер без движенья...

Когда все разошлись, и Смерть явилась,
Чтоб тень умершей вырвать из могилы
И унестись в подземное с ней царство,
Геракл шагнул навстречу. Вместо «Здравствуй»,
Набросился он с силой на старуху,
Схватив за плечи, стал он, что есть духу
Трясти её — костлявая ж была!-
Ему Алкесту чтобы отдала!

Смерть испугалась и сдалась на милость,
Вернуть Алкесту, всё же, согласилась!

Вдовец Адмет сидел один в печали.
Вдруг в дверь его покоев постучали...
Вошёл Геракл с улыбкой озорною
И женщину к царю привёл с собою

Под покрывалом, с головы до пят...
Царь на неё не поднял даже взгляд,
Ответил сразу: обещал любимой,
Что женщин всех он пропускает мимо
Отныне... Больше, значит, никогда
Никто из них и не войдёт сюда...

Тут покрывало наш герой сорвал.
Царь в обморок чуть, бедный, не упал:
Алкеста! И жива, и невредима,
И так прекрасна! Так необходима!

И отшатнулся: «Что за наважденье!
Свою жену предал я погребенью!
Стоящая сейчас передо мною
Не может быть никак моей женою!»

Геракл царю подробно рассказал
О том, как он со Смертью воевал,
Как победил её, вне всяких правил,
И как умершей жизнь вернуть заставил.

Царь счастлив был! Раскрыв свои объятья,
Сказал герою: «Что ж, теперь мы братья!
Проси, что хочешь! ВСЁ отдам в награду!»
Сказал Геракл: «Мне ничего не надо!
Моя судьба — и в праздники, и в будни
Жить для людей, служить достойно людям!
И благодарен я своей судьбе,
И очень рад, что смог помочь тебе!»

Геракл с четою царскою простился
И снова в путь намеченный пустился...

Автор: Elena795

0

117

И когда он был ещё далеко, увидел его отец и сжалился; и, побежав, пал ему на шею и целовал его. Сын же сказал ему: отче! Я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим. А отец сказал рабам своим: принесите лучшую одежду и оденьте его, и дайте перстень на руку его и обувь на ноги; и приведите откормленного телёнка, и заколите; станем есть и веселиться! Ибо этот сын мой был мертв и ожил; пропадал и нашёлся. И начали веселиться!

                                                                                                                                                                                              Евангелие от Луки

Ибо, что невозможно человеку и падшим ангелам доступно Господу!

0

118

ГОСТЬ

О... Боги!

Воздвигли барханы изогнутой формы
степенных паломников ряд.
Взялись серафимы за медные горны.
И льётся церковный набат.

И келью затворника гордого сердцем
пронзил очистительный звук.
И черное, затхлое, тёмное место
руки разбудил тихий стук.

— Отец Никодим, к вам пришёл посетитель.
Он хочет о чём-то спросить.
В проёме дверном показался проситель,
лучилась из глаз его синь.

А старец во тьме пребывал недвижимый,
не видел давно белый свет.
И то, что снаружи — непостижимо,
с тех пор, как он принял обет.

И дверь за пришедшим со скрипом закрылась,
но свет, исходящий из глаз
её осветил, и ознобом покрылась,
вся кожа у старца на раз.

Из мутных очей, что не видели света
сошла слепоты пелена,
и рот приоткрылся уже для ответа.
Так рыба, всплывая со дна

Лишь рот открывает и водит белками,
и к верху идут пузыри.
— Как крот ты скрывался в подвале годами,
но мы тебя всё же нашли.

И лазеры глаз выжгли дыр самоцветы,
оставив следы на стене.
Проситель пришёл вовсе не за ответом.
Возмездье у Неба в цене.

Не спрячется грешник в монашеской рясе,
Но лишь обнаружит себя.
Замоленный грех свет расплаты погасит,
до времени судного дня.

Автор: Римарева Ирина

0

119

Кто любит меня – за мной!

Знамя подъемлет белое,
Его над собой неся,
Как будто идет за девою
Сзади Франция вся.
Истерзана милая Франция,
Проигран за боем бой,
Уже бесполезно драться…
Кто любит меня – за мной!
Шестнадцати лет девчонка,
Носительница огня,
Сменила свою юбчонку
На латы, меч и коня.
Свершая святое дело,
За ударом неся удар,
Едет нежная дева,
Железная Жанна Д’Арк.

В стане британцев паника,
В стане британцев вой,
Она поднимается ранена:
Кто любит меня – за мной!
Конечно, мне лучше было бы
Цветы собирать в лесу.
Но гибнет Франция милая,
И Францию я спасу.
Девчонка я, мне бы все же -
Жених, ребятишки, дом,
Но если не я, то кто же?
Если не я – никто.
Хрупка я, но Бог поможет,
Дух укрепляя мой,
Но если не я, то кто же?
Кто любит меня – за мной!
В чем силы ее источник,
Загадка не решена.
Но все исполнилось в точности,
Как сказала она.
Победа – ее награда.
Как молния меч сверкал.


О... Боги!

0

120

Норны — провидицы судьбы. ЧАСТЬ 1

О... Боги!

Человек в все времена желал знать, как сложится его жизнь. Обретет ли он счастье в любви, богатство, славу или покинет этот мир не достигнув ничего. В наши дни люди обращаются к колдунам и экстрасенсам, чтобы получить ответы на свои вопросы. В средние века люди верили, что их жизнями управляют богини Судьбы. И у каждого народа они были разные. Но работу выполняли схожую — определяли место человека в мире, его судьбу.

Веретено нашей судьбы начинает вращаться уже с рождения. Вначале наша жизнь напоминает пряжу, затем она превращается в нить, которая наматывается на веретено, и соединяясь с другими, становится полотном. Веретено вращается , нити перемещаются то вверх, то вниз, то влево, то вправо. Из них складывается узор нашей жизни. Бывают яркие узоры, бывают блеклые, или запутанные…Веретено — это постоянное вращение, символ непрерывного развития.

В пантеоне северных богов существуют три Норны, надзирающие за всеми механизмами Судьбы. Их место обитания — это источник Вирда, рядом с первым из трех корней Мирового Древа Игддрасиль, в Асгарде. Имена этих трех великих Норн: Урд (что означает — есть), Верданди (значит — становится), Скульд (чему следует быть). Урд прядет нити, Верданди ткет, Скульд — перерезает. Иногда они предстают одинаковыми, а иногда как женщины трех возрастов. Урд среди Норд самая старшая, Скульд иногда принимает облик девы в черных доспехах, скачущей среди валькирий. При этом Норны невзрачны, бывают неряшливы, полностью сосредоточены а своей работе.

Норны — это Прошлое, Настоящее и Будущее.

«Одна из них была уже стара и дряхла и звалась Урд — прошедшее, другая была средних лет и ее звали Верданди — настоящее, третья же была совсем юна и носила имя Скульд — будущее. Эти три женщины были вещие Норны, волшебницы, наделенные чудесным даром определять судьбы мира, людей и даже богов. «

Им ведомо все, что должно произойти с людьми и богами. Человек рождается и Норны тот же час к нему являются, чтобы судить их Судьбу. Неравные дают они людям судьбы: у одних вся жизнь в довольстве и почёте, у других, сколько ни бейся, ни доли, ни воли, у одних жизнь длинная, у других — короткая.

Норны очень стары; говорят, что они — одни из древнейших божеств, возникшие задолго до убийства Имира и всемирного потопа. Согласно одному любопытному, но непроверенному НЛГ, Урд, старшая из норн, чье имя родственно названию самой Земли, вообще может быть самой древней из всех инеистых великанш, а именно — дочерью Имира, родившейся из его подмышки. Если это правда, то она — в самом буквальном смысле мать половины всего великанского рода. Предполагалось также, что Верданди — ее старшая дочь, а Скульд — старшая внучка.

К Норнам часто обращаются за помощью мастера сейда и все, кто желает прочесть нити судьбы и изменить их каким либо образом. У каждого человека есть своя нить в Судьбе (Вирде), которая заключает в себе все, что человек сделал в своей жизни и то, как она переплетена с нитями других людей. И образуются узлы, переплетения с другими нитями всякий раз, когда человек приносит кому-то клятву верности, проявляет или принимает глубокие чувства в отношениях с людьми, дарит подарки, берет на себя или возлагает на другого обязательства либо причиняет другим людям вред без возмещения. Это касается и прошлых воплощений, что и оставляет кармический долг. Нити могут запутываться под воздействием удачи, накопленной вследствие предыдущих поступков. Опытный духоведец может проследить Нить Судьбы человека, выявить причины узлов, переплетений, создающих проблемы и выяснить, что необходимо предпринять, чтобы распутать нить. Особенно это полезно для тех людей, которые потеряли свою удачу. Работа с нитями — это сложная шаманская практика, доступная тем, кто много времени работает с духами и допустимая с разрешения Норн. Поэтому важно установить хорошие деловые отношения с Норнами, чтобы продвинуться как можно дальше в своих практиках.

Шаманы, которые работают с Норнами — это большая редкость. Норны выбирают очень немногих людей себе в служители, которых согласны обучать, так как не нуждаются в почитателях. И на то есть причины: все мы для Норн лишь нити, которые рано или поздно будут перерезаны, люди им попросту не нужны. Они неумолимы как любое божество смерти и еще более безличны. Но им ведомо все о Судьбе и они могут нас научить многому, если сами того захотят. Традиционное подношение для Норн — это изделия из нитей ручной работы, или купленные за большие деньги в том случае, если сами не можете выполнить такую работу. Если вы хотите установить с норнами связь и, особенно, мечтаете когда-нибудь освоить Работу с Нитями, очень полезно научиться прясть с помощью стеатитового веретена, какими пользовались в эпоху викингов.

Призывание Судеб

Пряди из истины речи,
Пряди из речей судьбу,
Пряди из судьбы удачу,
Пряди из удачи жизнь.
Спряди моей жизни нить, тонкую, крепкую нить,
Хозяйка веретена,
Твоя нить — мой исток и начало!

Тки из истины зренье,
Тки из зрения разум,
Тки из разума дух
Тки из духа полотнище жизни,
Сотки моей жизни узор, разноцветный и яркий,
О Госпожа челнока,
Твой ковер — сама моя жизнь!

Режь: правду — от лжи,
Режь: ложь — от обличий,
Режь: обличья — от плоти,
Режь: плоть — от живого,
Отрежь мою плоть от жизни,
Когда подойдет мой срок,
О Владычица ножниц,
В мудрой твоей руке —
Рок мой
И правда моя.

Работа с Норнами, или жизнь в Доме Великих Матерей
Настало время, когда я поняла, что в моем духовном обучении должны произойти какие-то перемены. Последние несколько лет я занималась в основном дианической Виккой и даосизмом, но чувствовала, что чего-то не хватает. Не хватало богини в ипостаси Старухи и горной богини. И вот однажды на Самайн я решила обратиться за советом к духу моей бабки по отцу. Я зажгла единственную белую свечу, выставила за дверь стакан с водой (на каком-то вебсайте сантерии я прочла, что это может помочь разыскать своих предков), и шепнула ветру свое желание, послав его в мир. И уже через месяц я получила указание работать со Скади, норнами, Хелой и ее родичами. Я была молодой энтузиасткой и очертя голову бросилась в работу со Скади и норнами. И норны, в особенности Урд, сразу же навалили на меня кучу заданий.

Алтарь у меня был маленький и невзрачный. Такой он и до сих пор. Занимаясь йогой и медитациями для очищения сознания, я часто попадала в жилище норн — не в ту знаменитую их обитель у подножия Иггдрасиля, а в маленький домик посреди поля, но в пешей доступности от леса. Я путешествовала туда в своих медитациях и каждую ночь сидела там у очага за вышивкой. В конце концов меня попросили отложить иглу и навести порядок в доме. На протяжении следующих четырех лет я приходила к норнам и делала у них уборку. Интуитивно я чувствовала, что с их стороны это — особая милость, и долгое время я оставалась их единственной служанкой. Но однажды, придя к норнам, я неожиданно застала у них другого человека, и очень огорчилась: я решила, что мне нашли замену. Понадобилось еще два года, чтобы понять, что на самом деле меня повысили в должности.

Пока этого не случилось, я чувствовала себя какой-то бесхозной: казалось, я не принадлежу никому из богов или великанов, вообще никому, кроме самой себя. Да, я выполняла поручения, которые мне давали в духовных путешествиях, и в награду получала в этом мире способность точно гадать, подавать советы и выводить других людей на предначертанный им духовный путь. Однако все это было для меня не ново: мне и раньше почему-то всегда удавалось помогать людям советом, ясно показывая доступные им возможности. Но сделать что-то подобное для самой себя никогда не получалось. Я не знала наверняка, кто мое главное божество. Божества приходили и уходили, но ни с одним не возникало чувства, что я принадлежу именно ему, а всякий раз, как мне казалось, что я все же могу посвятить себя одному из них, в голове непременно раздавался голос: «Хочешь — давай, но первые свои клятвы ты уже принесла нам. Мы пустили тебя сидеть у нашего огня, мы позволили тебе прикоснуться к нашему ткацкому станку, и мы знаем, куда ведет твой нынешний путь».

Время шло, и вот меня отпустили на обучение к Хеле. Это, скажу я вам, — одна из самых важных вещей, какие только со мной случались. Ничего похожего на обучение у любого другого божества или духа! И, как всегда бывает с норнами, разобраться, что от меня требуется и почему, удалось далеко не сразу.

Но все-таки — что это значит: работать с норнами и служить им? Да чего это только не значит! Есть целые группы, которые много с ними работают; есть люди, которые утверждают, что у них есть с ними связь; есть разные способы получить доступ к их знаниям и войти с ними в контакт. Норны непохожи на других богов и великанов, и зачастую они кажутся совершенно неприступными, отчужденными и не поддающимися никакому пониманию. В основном так и есть. Они — своего рода космические оракулы. Мы воспринимаем их как троицу сущностей, надзирающих за тем, что было, что есть и что должно последовать из первого и второго. У норн — своя особая логика, и работа с сущностями, у которых нет другой цели, кроме как запечатлевать и поддерживать ход вещей, иногда может ужасно раздражать и доводить буквально до белого каления. Первая из их тайн — движение космоса: они и есть та сила, которая поддерживает все сущее в движении. Если это движение остановится, погибнет все: и люди, и боги, и великаны, и даже звезды. Без движения нет жизни. Даже внутри нашего организма, на клеточном уровне, все безостановочно движется, развивается, возрождается и умирает. И в этом — первая, главная тайна норн.

Кроме того, от тех, кто работает с ними, они требуют абсолютной независимости. Вы должны четко сознавать, что в конечном счете отвечаете лишь перед самим собой и зависите только от своих собственных решений; и вы обязательно должны уметь работать в одиночку, по собственной доброй воле и без посторонней помощи. Призвать на помощь норн в час нужды на самом деле невозможно. Можете взывать к ним сколько угодно, но они ничего не дадут вам, кроме совета о путях, которые для вас существуют и могут — или не могут — открыться в будущем. Некоторых это знание поддержит и ободрит, но все-таки это — совсем не то же самое, что молиться какому-нибудь богу и надеяться на исполнение ваших просьб. Норны — это вам не валькирии, они не вмешиваются напрямую в жизни и судьбы смертных. Поэтому с ними может быть нелегко. Если, допустим, у вас за плечами есть опыт общения с божеством, которому можно было молиться, очень неприятно сознавать, что, как бы усердно вы ни молились, вам не помогут. Вам придется искать других помощников для изменения ситуации или самому попытаться произвести желаемые перемены (что я и посоветовала бы сделать в первую очередь).

Обсуждая с Рейвеном эту статью, я узнала, что с информацией о норнах приходит не так уж много людей. Это и не удивительно: даже просто говорить или писать о них может быть невероятно тяжело. Возникает такое чувство, будто отрываешь какую-то бесценную часть от собственной души или ставишь под угрозу безопасность всего мироздания. Не последнюю роль играет и чисто эгоистическое желание сохранить их только для себя. Работать с ними и знать, что тебе разрешено работать с ними и впредь, — самый драгоценный и священный дар, о каком только может мечтать духовидец. Лично мне трудно писать о них именно из-за собственнических чувств. Но я должна сказать, что все, кто работает с ними и служит им, — счастливцы. То, как работают с норнами люди, не посвятившие себя исключительно им, совсем непохоже на то, как живем мы, немногие, избранные служить в их святилищах и оберегать их земли.

Многие обращаются к норнам им в стремлении узнать историю своего личного вирда, понять устройство и функции Вирда вообще или научиться им управлять. Начнем с самого простого — с истории личного вирда.

Получить доступ к информации о чьем-либо личном вирде можно разными способами. Чаще всего прибегают к гаданию — например, на рунах или картах Таро, — и к астрологии. Подобные методы, пожалуй, наиболее просты в освоении и наименее опасны как в физическом, так и в эмоциональном плане. Предания гласят, что Один обрел руны у подножия Иггдрасиля, когда был уже на волосок от смерти; он подобрал их, крича от нестерпимой боли. В этот миг обретения рун Один вошел в то состояние, которое я для себя называю урдическим сознанием, — состояние, в котором просыпается способность читать летописи, хранящиеся в источнике норн, на Древе и в нитях, при помощи которых норны запечатлевают все происходящие. Своим подвигом Один открыл людям и другим живым существам канал доступа к рунам и даровал им письменность — принципиально новый способ хранения информации. Разумеется, Один — не единственный, кто может научить работе с рунами, и путей к их пониманию существует великое множество, но этот миф важно понять как следует, если вы хотите знать, каково это — работать так тесно с тайнами Урд и ее помощниц. Можно действовать через посредника (кого-либо из богов, великанов, духов-проводников), и, по правде сказать, именно это я и рекомендую: это гораздо легче, чем пытаться освоить руны по методу Одина или полагаясь лишь на собственную Волю (в конечном счете вы должны стремиться именно к последнему, но начинать с этого не годится). Овладев этими ключами, вы сможете использовать их самыми разнообразными способами — в том числе и для гадания. Существуют также другие инструменты, гораздо более доступные для понимания, — например, Таро, скраинг, астрология и так далее.

Другой метод, которыми пользуются различные сейдовые группы (в особенности «Храфнар»), — это предсказательный сейд. Традиционная работа сейдконы — путешествия в Хельхейм, однако в коллективном предсказательном сейде возможно обращаться и к норнам. Этот метод подробно описан в книге Дженни Блейн «Девять миров магии сейда: экстаз и неошаманизм в язычестве Северной Европы»; однако существует схожий метод для одиночной работы. Подойдите к самому краю Источника Вирда, наклонитесь, загляните в него и смотрите, что вам откроется. Как и все прочие разовидности скраинга, этот метод непрост, но эффективен, если уловить принцип.

Кроме того, я обнаружила, что работать с норнами исключительно полезно, когда необходимо принять трудное решение, а также когда вы пытаетесь примириться с болезненными переходными периодами или смертью. Норны не дают никакого утешения, но могут помочь понять, почему происходят те или иные события. Это — одна из тайн Скульд. Ее имя иногда переводят как «Долг», и это ей очень подходит, поскольку даже смерть в какой-то момент становится для нас долгом: рано или поздно мы должны умереть; всякая нить должна где-то закончиться.

Управление Вирдом слишком часто привлекает людей, нечистых на руку и жадных до власти, — конечно, не все, но многие из тех, кто стремится освоить это умение, играют в силовые игры. Чтобы понять это, вспомните мифы об Одине: если вы ищете норн, чтобы манипулировать Вирдом, в конце концов вы только сильнее сомнете его ткань и запутаете нити. Пытаясь управлять Вирдом, вы связываете свою нить с нитями многих других людей, а это не всегда хорошо. Это тяжело и для вас, и для них, а в отдаленной перспективе создает тяжелейшие проблемы и для самих норн. Они не станут мешать вам делать глупости, но помните, что Скульд всегда готова безжалостно укоротить вашу нить. Если вы хотите управлять Вирдом, вам придется принять основную ответственность на себя — независимо от того, делаете ли вы это только для себя или ради общего блага (а именно в этой дилемме — корень всех осложнений).

Автор: Лин Скадидоттир

0